Поймали, сохранили

Мы не изменяем нашей традиции и в конце каждого года подводим фотоитоги. Наверное, не откроем кому-то секрет, если скажем, что минувший год был непростым, как и последние N лет. Но даже в это время есть место для редких и даже результативных протестов, талантливых людей, сильных характеров, искусства и света. 

Предлагаем посмотреть, что происходило с нами и людьми вокруг в 2025 году и какими увидели эти события фотографы It’s My City. 

В начале 2025 года мы съездили в село Беляковское в Талицком районе, где закрылись единственная школа и детский сад. Жители записали видеообращение Путину, рассказав, что их детям теперь негде учиться. Наш репортаж из Беляковского можно прочитать тут. 

На фото один из местных жителей, который решил попозировать нашему фотографу. 

15 и 16 февраля в Екатеринбурге прошел тринадцатый фестиваль «Нетемно». В первый раз его провели в парке у ТЦ «Радуга парк». Команда Creater Pro создала интерактивную работу, где каждый может почувствовать себя созвездием. 

Камилла Магамедова — режиссерка, драматургиня, а в этом году стала еще и писательницей, выпустив книгу «Тру-крайм свидания» о груминге и насилии, а также о женской дружбе, которая может им противостоять. Кроме того, уже пять лет Камилла мусульманка, соблюдающая все правила ислама: она носит хиджаб, молится пять раз в день и соблюдает посты. Историю Камиллы Магамедовой мы рассказали в этом тексте.

Еще одно интересное знакомство этого года — это встреча с видеографом и фотографом из Екатеринбурга Аней Матвеевой. Она снимала клипы для групп «внимание брусника!», «Сироткин», «Перемотка», «Элли на маковом поле», «Сова», а также делает свои фотопроекты. Аня — очень теплый человек, своим творчеством рассказывает такие же теплые истории. Интервью с ней можно почитать по этой ссылке. 

В этом году мы побывали в деревне Волыны — своеобразном Болдино или Переделкино, только для уральских художников. Десятки лет назад здесь жили или проводили лето Геннадий Мосин, Герман Метелев, Анатолий Калашников, Миша Брусиловский и другие видные деятели искусства Свердловска. Теперь же здесь живет всего восемь человек. 

В этом репортаже мы рассказываем об истории Волын и о семьях художников, которые хранят их наследие. На фото правозащитник и историк Алексей Мосин, сын художника Геннадия Мосина.

Жители Краснолесья (Академический район) шесть лет боролись с грядущей застройкой Березовой рощи. Там хотела реализовать своей проект компания «Атомстройкомплекс»: построить несколько жилых домов и школу, из-за чего от леса должно было остаться 16 гектаров (18 га должна была занять застройка). 

Кульминацией противостояния с городскими властями и девелопером стали протесты жителей в феврале этого года, когда застройщик поставил забор в Березовой роще вокруг участка, где должна была начаться вырубка деревьев и стройка. Местные жители пытались помешать рабочим и даже снесли забор в первую ночь после начала протестов. После этого к лидеру активистов Денису Каракозу пришли полицейские, а ФСБ вызвала его для подробного опроса.

Чтобы разрешить конфликт, мэрия Екатеринбурга пошла на уступки: чиновники пообещали сохранить 22 га леса вместо 16, а также присвоить роще статус особо охраняемой природной территории. Активисты согласились с этим компромиссом.

Весной мы были в гостях у екатеринбургского поэта Егора Белоглазова. Буквально за несколько недель до нашего приезда у него дома прошел обыск: в отношении мужчины возбудили уголовное дело об оскорблении чувств верующих и реабилитации нацизма (осквернение символов воинской славы). В семье случилась еще одна беда: дом отключили от электроснабжения, из-за чего не работал кислородный конденсатор, без которого не мог жить Егор Белоглазов. 

В этом тексте мы рассказали историю героя. На фото одни из многочисленных питомцев семьи Белоглазовых.

К сожалению, в ночь на 18 декабря Егора Белоглазова не стало. Он так и не дожил до начала судебного процесса.

Пусть уральская весна с цветущими яблонями и прохладным, но уже предвещающим лето ветерком, мимолетная, но очень красивая.

В июне внезапно закрылся самый крупный в Екатеринбурге ТЦ «Гринвич». Официальная причина — нарушение правил пожарной безопасности. Через полторы недели судебные приставы открыли торговый центр, а представители «Гринвича» еще несколько месяцев судились с МЧС. В конце концов большую часть нарушений ТЦ устранил, а суд отказался снова закрывать его, несмотря на ходатайства прокуратуры.

Летом мы съездили в соседний Башкортостан, где вспыхнули протесты против строительства комбината по добыче меди и карьера, который собирается разрабатывать «Русская медная компания». Жители поселений в окрестностях горы Крыктытау, где и будет вестись разработка, выступили против. Но протестующих вызывают на допросы в полицию, задерживают, а в их домах проводят обыски.  

Здесь можно найти наш репортаж об этом протесте.

Конец марта. У Храма на Крови отрывают арт-объект — фрагмент трубы, который символизирует маршрут, по которому, как утверждается, двигались бойцы российской армии в подконтрольный ВСУ район Курской области. На сцене Вика Цыганова поет песню про трубу, у сцены стоят маленькие дети, подпевают и тянут руки, а один из зрителей снимает кепку и гордо выкрикивает: «Я русский!»

Одно из художественных открытий года — персональная выставка художника Николая Сажина «Покидая кокон» в «Эрмитаж-Урале». Просторные залы с огромными холстами, разные текстуры, буйство красок. Очень рекомендуем ознакомиться с творчеством Сажина, пусть выставка в Екатеринбурге уже и не работает.

Музыкант Миша Лузин на сцене на площади 1905 года во время «Ночи музыки». По аккордам разливается музыка от сердца, все улыбаются, хотя идет дождь.

В марте управление Минюста подало иск о ликвидации «Фонда Розмана». Ведомство обвинило организацию в нецелевой растрате денег, собранных на препарат Zolgensma от спинальной мышечной атрофии для двух детей. Средства для них собрали еще в 2021 году, но инъекцию подопечные получили от государственного фонда «Круг добра». В «Фонде Ройзмана» утверждают, что не тратили деньги, так как они были заморожены и пользоваться ими было нельзя. 

Благотворительная организация проиграла суды и в июле объявила о своем закрытии. 1 августа Евгений Ройзман и сотрудники фонда провели последний прием. Именно тогда наш фотограф и запечатлел политика. 

В этом материале мы рассказывали о причинах закрытия, судебном процессе, а также о подопечных «Фонда Ройзмана», которые остались без поддержки. 

— Мама, я хочу в Диснейленд! 

— У нас есть Диснейленд дома. 

А если серьезно, то в августе официально открылось здание администрации Академического района. Теперь Академ может похвастаться своим шедевром капрома. 

На исходе лета нам довелось побывать в поселке Черноисточинск, где раньше находился старинный Демидовский завод. В его бывших цехах расположился креативный кластер и маленький кукольный театр, где артистами выступают дети и подростки. Они занимаются творчеством, создают кукол, созидают, социализируются, тогда как мы привыкли видеть детей исключительно в телефонах.

Тут рассказываем о театре «Ку-кушка», его руководителе и маленьких, но очень талантливых актерах. 

Несмотря на то, что осень — это погибающая природа, приближение холодов и зимы, порой она радует последними теплыми деньками и золотой листвой, сверкающей на солнце. Эту пору наши фотографы любят не меньше, чем цветущую весну.

Художник Андрей Люблинский специально для фестиваля «Стенограффия» создал огромные скульптуры в виде птичек-свистулек. Сразу три птички расположились у жилого комплекса «Даблхаус 1:1» на Репина, 24.

В сентябре мы попали на открытие «Киргишанской версты» — участка старинного Московско-Сибирского тракта, который с конца XVI века соединял европейскую часть Российской империи с границей Китая. Волонтеры восстановили небольшой кусочек тракта в районе уральского села Киргишаны и надеются, что этим пробудят интерес к истории у туристов и у местных жителей. 

Репортаж можно найти по ссылке. 

Во второй половине этого года в центре Екатеринбурга начали появляться арт-объекты художницы Птичка Напела — строчки из песен уральских музыкантов, выложенные из бетонных или гипсовых букв. Как оказалось, за псевдонимом Птичка Напела скрывается екатеринбурженка Алла, которая вместе с мужем несколько лет назад эмигрировала в Израиль, но иногда возвращается в родной город. В этом году она вернулась еще и в качестве художницы и оставила свои работы в том числе в Городке чекистов.

Почитать интервью с Аллой можно тут. 

А еще в этом году мы узнали, кто такие доулы смерти. Это специалисты, которые помогают пережить утрату, сопроводить человека в период горевания, взять на себя организацию похорон близкого человека. Мы познакомились с тремя доулами, работающими в Екатеринбурге — Любовью, Яной и Ольгой. На фото выше — доула Яна. Ее историю, а также истории других екатеринбургских доул смерти можно почитать в нашем материале.

Осенью мы уехали на север и ушли в лес. Там познакомились с семьей Пакиных — манси, живущих рядом с карьером УГМК. Несмотря на попытки сохранить традиционный уклад жизни, за последние 10–15 лет им стало сложнее делать это: из-за отравленной воды в реках пропала рыба, животные уходят все дальше от мест жизни манси, гибнут деревья. В этом материале мы рассказали, как живут Пакины и как влияет на их жизнь разработка карьера. 

С приходом холодов мы решили выяснить, как на улицах города выживают бездомные. Увы, найти их в ноябре  — декабре сложно, особенно тех, кто живет на улице давно. Однако мы познакомились с владелицей приюта «Дари добро», который принимает бездомных, помогает восстановить документы, дает кров, еду, лечение. Часть постояльцев — возрастные люди, которые приходят в приют спокойно и в тепле дожить свою жизнь. 

Текст о бездомных Екатеринбурга и приюте «Дари добро» можно найти тут. 

Под конец года мы добрались до границы с Тюменской областью, где расположены два населенных пункта, выигравших в конкурсе «трезвых» сел. В одной из номинаций выиграла деревня Барбашину Слободо-Туринского района. Вот такую детскую площадку (на фото) наши журналисты обнаружили в деревне.

А весь репортаж из «трезвых» сел можно почитать здесь.