Что происходило у Среднеуральского женского монастыря после ночного штурма ОМОНа
18+

«Вы же батюшка, че вы врете-то?!»

Что происходило у Среднеуральского женского монастыря после ночного штурма ОМОНа

29 Декабря, 20:47, 2020 г.
Автор: Алексей Лагутин
Фото: Фото: Марина Молдавская / It’s My City

Накануне ночью сотрудники полиции и ОМОН взяли штурмом Среднеуральский женский монастырь, задержали и этапировали в Москву державшего там оборону отца Сергия. Корреспондент It’s My City утром отправился в монастырь, чтобы пообщаться с прихожанами и сторонниками опального монаха, которые продолжают удерживать обитель.

Два дня до Нового года, на улице −16°C, по ощущениям не меньше −25°C, 9 часов утра. Дорога к монастырю перекрыта сотрудниками ДПС. Рядом со входом в монастырь крутятся несколько журналистов, безуспешно пытаясь поймать кого-нибудь для интервью. Тут же дежурят несколько патрульных автомобилей полиции. Проход в здание заблокирован толпой прихожан. Они монотонно поют: «Господи, помилуй нас, Иисусе Христе, Сыне Божий».

Фото: Марина Молдавская / It's My City

Вскоре с прессой выходит пообщаться прихожанин, представившийся Александром Авдеенко. Он говорит, что за Сергия будут молиться и, возможно, писать письма представителям власти. Схимонаха Авдеенко сравнивает с Иисусом Христом. 

«Взять Иисуса Христа. Он ходил и проповедовал, обличал людей, которые грешат. Говорил, чтобы они покаялись. Людям это не понравилось, они его оболгали и распяли. Так же и с отцом Сергием происходит. Но Бог всех рассудит», — говорит прихожанин.

В монастырь начинает съезжаться все больше сторонников Сергия. Некоторые с детьми. На вопрос, зачем они едут, следует примерно один ответ: «Мы здесь семья, у нас здесь дом». В толпе замечают артиста из «Уральских пельменей» Дмитрия Соколова. Он — духовное чадо отца Сергия и один из тех немногих известных прихожан, кто не отвернулся от схимонаха после начала конфликта.

Фото: Марина Молдавская / It's My City

Фото: Марина Молдавская / It's My City

В стремлении заснять лучший материал представители СМИ создают небольшую давку. Батюшка, неожиданно появившийся сзади, требует от журналистов убраться с территории монастыря.

«Что вы вообще тут забыли? Что устроили тут? Это вообще женский монастырь. Ночью что-то вас здесь не было видно, когда тут такое творилось!» — говорит он.

Подхожу к нему. Говорю, что выступаю против насилия над людьми и готов с ним пообщаться цивилизовано. Он не настроен на разговор.

«Я знаю вас — журналистов. Вы вечно все искажаете. Вот Катя Гордон приезжала, она правду пишет. А вы молодежь какая-то, лишь бы пропиариться!»

Батюшка кричит мне в лицо про судьбу Каина из Ветхого Завета и что-то о проклятии. Во время нашего общения к нему подходят люди и целуют руку. Естественно, ни о каких противоэпидемических требованиях речи не идет — прихожане не пускают в монастырь даже «своих», если те в медицинских масках. Сергий прославился как ковид-диссидент.

Фото: Марина Молдавская / It's My City

Из здания монастыря выходит группа сотрудников ОМОНа. Люди расступаются. Не заметно, что прихожане настроены к ним негативно.

Фото: Марина Молдавская / It's My City

Обстановка немного успокаивается. Все ждут приезда представителей Екатеринбургской епархии, которые, по идее, должны занять монастырь после задержания Сергия. 

На улице невероятно холодно. Аккумулятор на телефоне уже давно сел. Журналисты расходятся по автомобилям, а я, приехавший на такси, ищу, где бы погреться. Вижу на подъезде к монастырю небольшую сторожку. С обмороженным лицом захожу, ожидая сопротивления нежданным гостям. Но его не следует. Внутри два мужчины, на вид лет 40. Разрешают зайти. Один из них предлагает мне еды — отказываюсь. Обсуждать события минувшей ночи мужчины решительно не хотят.

Фото: Марина Молдавская / It's My City

«Вы сюда погреться пришли. Журналистов нам сюда не надо. Сходите вон, поспрашивайте у монахинь. Я думаю, они вам все расскажут с лихвой, что тут творилось ночью. Да, собственно, вон — сами посмотрите. Видите, стекло разбито в сторожке?» — говорит мне мужчина, представившийся Георгием.

Фото: Марина Молдавская / It's My City

Немного разговорил их. Спрашиваю Георгия: правда ли, что на территории монастыря бьют детей?

«Что значит — бьют? Вы отец вообще? Вот у вас дети будут — вы поймете тогда, что это такое. Да, у нас в семье патриархат, но я, например, никого не бью. И здесь даже представить себе не могу, чтоб детей били», — говорит он.

Тем временем ко входу в монастырь приезжают представители власти. Сначала свердловский детский омбудсмен Игорь Мороков. Это после его заявления прокуратура начала проверку ролика на YouTube, после которой возбудили дело о склонении к совершению самоубийства. Потом появляется уполномоченная по правам человека Татьяна Мерзлякова. Вид у нее уставший, очки запотели и слегка покрылись инеем.

Фото: Марина Молдавская / It's My City

Фото: Марина Молдавская / It's My City

Толпа прихожан пропускает ее к себе для разговора, но содержание уловить невозможно — ничего не слышно. Пробыв недолго, Мерзлякова уходит, оставив небольшой комментарий прессе.

«Я им объяснила, что это не внутрицерковный конфликт. На мой взгляд, Сергий пошел на политическую атаку. За это, наверное, поплатились все», — сказала она.

Вскоре появились казаки. Нагаек в руках нет. Казачий священник Дмитрий Блинов стоит в наушниках-капельках.

Фото: Марина Молдавская / It's My City

Фото: Марина Молдавская / It's My City

Спустя некоторое время подъезжают несколько грузовиков с надписью «Подвижный пункт управления Свердловской области». Коллеги говорят, что вместе с ними приехали представители Екатеринбургской епархии.

Фото: Марина Молдавская / It's My City

Так и вышло. Начинается разговор между человеком «от монастыря» (имя он называть отказался) и иеромонахом Аркадием (Логиновым) — представителем Екатеринбургской епархии. Ситуацию объясняет прихожанин.

«Мы выбрали инициативную группу. Хотели поговорить с митрополитом. А он нам отвечал: „Да не будем мы встречаться, вы нам вообще не нужны“. Каждый раз нас в чем-то обвиняют и обманывают. Было одно лукавство. Люди уже просто ожидают подлости от епархии. Мы ничего не делали. Говорили лишь: не мешайте нам молиться. Представляете, в час ночи приехал ОМОН, выгнал монахинь на улицу. Батюшек избили, пинали их, детей избили. Даже деньги пропали. И при обысках монахинь не взяли понятыми, у них свои были. И вот с часу ночи монахинь и детей держали на улице до 8 утра. И мы все виноваты, мы плохие», — говорит он повышенным тоном.

Фото: Алексей Лагутин / It's My City

Отец Аркадий отвечает, что был не в курсе того, что здесь происходит.

«Эти действия никак не были с нами согласованы. Во главе митрополии другой человек (в декабре епархию возглавил Евгений (Кульберг), — прим. It’s My City), он не знает, что здесь происходит. Он бы хотел, чтобы все разрешилось миром. Почему приехали мы сюда? Сейчас самое главное — чтобы не пострадали люди, монахини. У вас представление, что все связано, но это не так», —  говорит Аркадий.

Из толпы слышны крики: «Неправда!», «Они говорили на вас, а вам все равно!», «Вы же батюшка, че вы врете-то?!», «Верните нам отца! Отца нам верните!», «Как без ведома митрополита могут завести войска?», «Они в кельи заходили к монахиням!»

Выкрикивающих женщин просят не перебивать, когда общаются мужчины.

В итоге разговор заканчивается ничем. Представители епархии удаляются. Вслед им доносятся крики толпы: «Батюшку! Батюшку! Батюшку!»

Фото: Марина Молдавская / It's My City

К вечеру отца Сергия доставили в Басманный суд Москвы. В Среднеуральском женском монастыре тем временем готовятся держать оборону. «Поступила информация о том, что в ночь с 29 на 30 декабря будет второй штурм Среднеуральского женского монастыря», — говорится в одном из телеграм-каналов сторонников опального схимника.

Мы работаем в интересах наших читателей. Если вам важно наличие такого СМИ, поддержите нас донатом.