Журналист Александр Полозов — о том, как пандемия бьет по глубинке. И что это значит для крупных городов
18+

Вы еще не поняли, что малый город в сегодняшней России — это просто опасно для жизни?

Журналист Александр Полозов — о том, как пандемия бьет по глубинке. И что это значит для крупных городов

Мнение
11 Ноября, 11:47, 2020 г.
Фото: Марина Молдавская / It's My City

Один из самых важных и, увы, печальных выводов из новой, осенней волны пандемии коронавируса — болеть лучше в городах, причем в городах покрупнее. И это ставит под сомнения прогнозы, которые еще весной делали специалисты в сфере городского планирования и урбанистики. Мол, высокая эпидемическая угроза способна притормозить, а то и вовсе развернуть вспять процессы урбанизации, столь гибельные для малых и средних городов. Теперь очень похоже на то, что главная напасть 2020 года может лишь приблизить конец небольших населенных пунктов. Но и для Екатеринбурга, одного из главных концентраторов нестоличного населения, это тоже вызов.

Первая волна подарила надежду малым городам. Вторая волна ее смыла

Весной эксперты щедро делились предположениями, что пандемия даст шанс городам поменьше, куда вдруг устремились жители городов побольше. Туда ехали, во-первых, те, кто возвращался в глубинку, оставленную было в поисках лучшей жизни. Из-за карантина эти люди фактически потеряли работу, проживание в мегаполисе стало не по карману, а на малой родине какой-никакой свой угол, родня, сад-огород...

Во-вторых, поехали собственно горожане, быстро осознавшие, что самоизолироваться за городом лучше, чем в четырех стенах городской квартиры. И что экономика снова вниз, а границы закрыты, потому дача может надолго стать единственным местом отдыха. Именно эти соображения разогрели рынок загородной аренды и вывели из многолетнего полусна куплю-продажу дачной недвижимости.

В первую волну многие посмотрели на малые города и поселки как на удобное место для самоизоляции. Во вторую волну стало ясно, что болеть лучше в большом городе. Марина Молдавская / It's My City

Распробовав жизнь на периферии, многие горожане не станут спешить с возвращением в мегаполисы, когда пандемийный шторм уляжется, продолжали воодушевлять специалисты. Ведь и многие работодатели полюбят удаленный режим работы. Не сидеть всем в одном офисе — безопасно и дешево. Главное, чтобы с работником на удаленке была хорошая, устойчивая связь. Именно ее наличием на своей территории эксперты предлагали в первую очередь озаботиться местным властям. Чтобы не упустить внезапно представившийся шанс не только остановить отток жителей из своих поселений, но даже привлечь новых!.. 

Эх, если бы все было так просто. Осенняя, куда более мощная волна эпидемии, дотянувшаяся и до глухой провинции, смывает иллюзии. Поговорите с теми, кто сейчас пытается получить хоть какую-то медицинскую помощь в своем небольшом городе. С теми, кто пытается ее оказывать в отсутствие лекарств, оборудования, персонала. И теми, кто сейчас занят вариантами эвакуации — иначе не скажешь — своих заболевших родственников ближе к цивилизации. Многие возразят: шансы получить своевременное и полноценное лечение сейчас невысоки и в Екатеринбурге. Но поверьте, они не идут ни в какое сравнение с той безнадегой, в которой оказались жители малых и средних городов.

У меня тоже есть свои больные на моей малой родине. Это «закрытый» город Озерск в Челябинской области, входит в систему «Росатома», но, по сути, типичный уральский моногород. Для помощи близким приходится задействовать связи и знакомства, самому отвозить туда лекарства и держать в уме вариант, при котором все же придется каким-то образом добиваться госпитализации в Екатеринбурге. Стало быть, держать кулаки, чтобы болезнь, протекающая в относительно легкой форме, не сорвалась в тяжелую.

И поверьте, как только все это закончится, поставлю вопрос ребром: дорогие мои, разве вы еще не поняли, что малый город в сегодняшней России — это просто опасно для жизни?

Нужно готовиться к волне внутренней миграции

По-моему, с приходом пандемии стало очевидно, что больше не работает главный аргумент в пользу жизни в провинции — здесь, мол, близко до всего. Близко до чего? До руин, которые оставила после себя пресловутая оптимизация, сильно ограничив в базовых, жизнеобеспечивающих функциях малые и средние города, не говоря о сельской местности? И речь, разумеется, не только о медицине, хотя, к сожалению, на сегодня этот пример — самый яркий и самый болезненный.

И жители крупных городов страдают от недостатка медицинской помощи. Однако ситуация в глубинке совсем печальная. Фото: Марина Молдавская / It's My City

Не знаю, как сработают мои доводы на моих родных, но убежден, что испытание пандемией для многих живущих на периферии послужит моментом истины. Кстати, было бы неплохо, если бы эти выводы отражались еще и на итогах выборов, ведь мандат на политику оптимизации своими голосами на протяжении многих лет выдавали именно малые и средние города... Но сейчас важнее то, что Екатеринбургу следует приготовиться к новой волне внутренней миграции. И это ставит целый ворох вопросов.

Стоит ли Екатеринбургу стимулировать этот приток, вступая в конкуренцию, скажем, с более пасторальной, но тоже активно развивающейся Тюменью? Или напротив — пытаться его сдерживать? И значит ли, что тогда екатеринбуржцам придется «сброситься» на фактическое восстановление социальной сферы малых городов? Как в конечном счете и тот, и другой варианты отразятся на развитии Екатеринбурга и комфорте его жителей? И может ли Екатеринбург в принципе жить и развиваться без соседства с малыми и средними городами? Впрочем, сейчас это вопросы второго порядка. Главное — будьте здоровы. И знайте, как вам здорово повезло, если вы живете не в малом городе.

Публикации рубрики «Мнение» выражают личную точку зрения их авторов.

It’s My City работает в интересах городского сообщества. Если вам важно наличие такого медиа, поддержите нас донатом.