История про лень, интернет и убийство. Как уральский предприниматель Виталий Листраткин строит бизнес и меняет мирЭто должна была быть публикация про дешевый, но качественный интернет в Екатеринбурге. Однако оказалось, что за этим есть другая история — про то, как внезапная близость смерти может изменить наше отношение к жизни. Необычный первоуральский бизнесмен Виталий Листраткин пригласил It’s My City в гости, чтобы рассказать о своей компании. Но в результате поделился чем-то большим. 
18+

«Это поменяло отношение к смерти. И к жизни»

История про лень, интернет и убийство. Как уральский предприниматель Виталий Листраткин строит бизнес и меняет мир

25 Августа, 08:45, 2020 г.
Автор: Дмитрий Колезев
Фото: Марина Молдавская

Это должна была быть публикация про дешевый, но качественный интернет в Екатеринбурге. Однако оказалось, что за этим есть другая история — про то, как внезапная близость смерти может изменить наше отношение к жизни. Необычный первоуральский бизнесмен Виталий Листраткин пригласил It’s My City в гости, чтобы рассказать о своей компании. Но в результате поделился чем-то большим. 

Лень

— Все началось из-за лени, — говорит Виталий Листраткин. Ему около 50, хотя выглядит он моложе. Если бы меня попросили описать его одним словом, я бы сказал — «ботаник» (без обид: сам такой же). В очках, интеллигентный, смешливый, немного лопоухий. Совершенно несерьезный.

Фото Марины Молдавской / It’s My City

При этом у него немаленький бизнес, особенно по меркам Первоуральска. Офис в мансарде на третьем этаже собственного здания — одного из многих объектов недвижимости, принадлежащих Листраткину лично или компании «Интерра». Первые два этажа заняты недавно открывшимся центром тхэквондо — корейского боевого искусства, которым Листраткин страстно увлекается последние годы.

Но началось все, как уже было сказано, с лени.

К 2000 году у Листраткина, выпускника СИНХа, в Первоуральске было два офиса, занимавшихся ремонтом компьютерной техники. Между ними нужно было возить файлы на компакт-дисках, а делать этого не хотелось. Лень. Листраткин посмотрел фильм «Матрица» и решил, что если уж разумные машины смогли создать совершенную компьютерную симуляцию, то тяжелые файлы из офиса в офис как-нибудь передать можно. Одна проблема: для этого был нужен сколько-нибудь быстрый интернет. А в Первоуральске его тогда не существовало. Листраткин решил, что он его проведет. Посовещался с друзьями-технарями и учредил компанию «Интерра».

— В названии особого смысла нет, — сразу поясняет он. — Просто придумалось.

Сначала он был и инженером, и монтажником, и директором. Тянул провода и обходил клиентов. Через два месяца смог нанять первых сотрудников. Так в Первоуральске появился интернет, а у Листраткина — новый бизнес.

Фото Марины Молдавской / It’s My City

Интернет не берется из воздуха. Его нужно было откуда-то притащить в виде оптоволоконного кабеля. «УралРелком», тогдашний региональный монополист, в обозримом будущем не собирался тянуть линию в небольшой Первоуральск. Зато такая линия нашлась у «Транстелекома», который, как хорошо знают участники этого рынка, распространил по всей стране интернет, пользуясь инфраструктурой железной дороги.

— Первоуральск? — слегка удивились там и посмотрели на карту. — Ну да, есть у нас там выход «оптики». Забирай...

Так в Первоуральске появился более-менее скоростной интернет.

Растить бизнес было сложно. Активов для залога не было. Кредитов банки не давали.

— До 2010 года мы ничего не могли получить, — говорит Листраткин. — А потом уже и не нужно стало. Хватало собственного оборота.

Фото Марины Молдавской / It’s My City

Но поначалу деньги были очень нужны. Ведь первую сеть по Первоуральску проложили из медных проводов. В 2006 году нужно было срочно менять ее на «оптику», потому что конкурент Utel (бренд «Уралсвязьинформа») стал предлагать клиентам более скоростной интернет. А еще нужно было построить 40-километровую линию «оптики» до самого Екатеринбурга. Иначе, говорит Листраткин, было не выжить.

— А кстати, — спрашиваю я, — как сравнительно небольшие региональные провайдеры существуют в мире, где есть «Мегафон», «МТС» и «Билайн»?

Листраткин переходит на язык зоологических метафор:

— Мы быстрее уворачиваемся от хищников и быстрее обгладываем добычу. Мы посчитали, что у нас время на принятие решения в компании — 15 минут. Мы можем за четверть часа, например, ввести новый тариф.

У больших компаний на это уйдут недели.

Интернет 

Именно так, за 15 минут, принималось решение о том, что компания начнет экспансию в Екатеринбург. И столько же ушло на решение важного вопроса: каким сделать тариф для екатеринбуржцев.

Да, спустя почти два десятка лет после старта в Первоуральске, Листраткин дошел до того, что поставляет интернет теперь уже жителям Екатеринбурга. До этого «Интерра» пришла в Асбест, Дегтярск, Ревду, Полевской, Красноуфимск, Качканар, Лесной, Нижнюю Туру.

Во всех этих городах интернет у «Интерры» стоит по 300 рублей в месяц. В Екатеринбурге средняя цена по рынку — около 600.

Фото Марины Молдавской / It’s My City

— Мы сели и решили: пусть в Екатеринбурге тоже будет 300 рублей, — говорит Листраткин. — Мы дискаунтеры. Мы как недорогой супермаркет. Мы не «Перекресток», а «Пятерочка». Но при этом продукты-то на полках одни и те же. Интернет у нас точно такой же и на той же скорости. Да, мы не умеем «в премиум». Например, не особо работаем с юридическими лицами. Но зато с «физиками» отлично получается.

Подумав, решили — а пусть будет даже 200 рублей в месяц. Специальная цена на год.

Пока что в Екатеринбурге «Интерра» работает, в основном, на Уралмаше: сеть купили у небольшого нишевого провайдера, владелец которого решил выйти из бизнеса. Сейчас компания строит сеть в этом районе, потом планирует идти на Эльмаш, ВИЗ и так далее. У «Интерры» в Екатеринбурге свой офис на улице Бакинских Комиссаров, 93 и около трех тысяч абонентов. Для них готовят необычные бонусы — например, бесплатное дворовое видеонаблюдение. Можно будет глянуть, что происходит с ребенком или автомобилем.

Политика 

Пока Листраткин рассказывает, с нижних этажей здания доносятся боевые выкрики детей и подростков, занимающихся тхэквондо.

— Школа тхэквондо — это тоже бизнес? — спрашиваю я.

— Нет, — качает головой Листраткин и рассказывает, как несколько лет назад вспомнил о юношеских занятиях этим боевым искусством, попробовал сходить на тренировку, моментально втянулся и решил строить свой небольшой спортивный комплекс. Раньше местные тхэквондисты собирались на первоуральском стадионе, а теперь у них есть свой центр. С теплыми полами, собственным мерчем и системой электронной навигации на тачскринах, развешанных по стенам.

Фото Марины Молдавской / It’s My City

Рядом со зданием центра «Тангун» — новенькая площадка для воркаута, которую Листраткин построил на месте пустыря. Идет дождь, но на брусьях все равно отжимаются подростки. Площадка появилась со скандалом: не было согласования с муниципалитетом.

— Я решил: чего тут пустырь с болотом пропадает, — вспоминает Листраткин. — Заказал знакомому заводчанину изготовить снаряды для воркаута. Начали строить, а кто-то пожаловался. Приехала комиссия: прокуратура, депутаты. Посмотрели, сказали: вообще, конечно, не положено. Но раз спортивная площадка для детей, то пусть будет.

Это не первая подобная площадка, построенная Листраткиным. Он ставит по городу детские городки. Собирает на это деньги со знакомых предпринимателей и вкладывает свои.

— Если честно, моих там большинство, — говорит он немного виновато.

Одна из таких площадок — по соседству с многоквартирным домом, где живет он сам.

— Мы за этот участок бились с сетью алкомаркетов, — вспоминает он. — Еле отвоевали.

Фото Марины Молдавской / It’s My City

Администрации Первоуральска Листраткин раньше не нравился. Подозрительный мужик. Ставит детские площадки, создал общественную организацию «Первоуральцы», владеет городским порталом «Первоуральск.ру» и ведет блоги в социальных сетях. Наверняка хочет стать мэром.

— Не хочу я быть мэром, — говорит Листраткин. — Хотя я был депутатом нашей городской думы от «Яблока» пять лет, с 2012-го по 2017-й. Ну не мое это! Не могу ходить и лицом торговать.

Теперь за политикой Листраткин наблюдает со стороны, но с большим интересом. Например, общается с урбанистом-«яблочником» Максимом Кацем. Ролики видеоблога Каца показывает кабельный телеканал «Интерра ТВ», тоже принадлежащий Листраткину.

Фото Марины Молдавской / It’s My City

У самого Листраткина также есть видеоблог, где предприниматель рассказывает не только о тхэквондо, но и о событиях в Беларуси. А еще — о виниловых пластинках, которые превратились из хобби в бизнес с выручкой около 2 млн рублей в месяц. Сегодня Листраткин — один из крупнейших продавцов виниловых пластинок на Урале, его интернет-магазин доставляет их по всей России, а коллекция составляет около 25 тысяч штук. Сам он любитель хеви-метала. На спине татуировка с обложки пластинки Hail to England группы Manowar. (Впрочем, винил Листраткина — отдельная большая тема, про него мы еще расскажем отдельно).

Убийство

В истории, которую рассказывает Виталий Листраткин, чего-то не хватает. Какой-то важной детали пазла. Все эти детские площадки и центры тхэквондо — это прекрасно, но откуда берется мотивация их строить? Почему бы не купить вместо этого, например, дом в Испании? Поменять подержанный Land Cruiser на новый Lexus? И наконец, на втором часу разговора, мы доходим до момента, который делает картину более цельной.

Я спрашиваю про сложности в бизнесе, про поворотные моменты, и Листраткин сначала вспоминает, как нужно было сделать критически важный выбор технологической траектории развития, найти деньги на перекладку сети с меди на оптоволокно... А потом вдруг рассказывает про убийство.

Фото Марины Молдавской / It’s My City

10 октября 2005 года около семи утра Виталий Листраткин сошел с поезда в Первоуральске: возвращался из Санкт-Петербурга, где брат жены праздновал свадьбу. Только успел зайти домой и перекусить, как позвонили с работы: не могут найти технического директора Евгения Белькова. Его машина стоит возле конторы, внутри горит свет, но дверь заперта снаружи.

Листраткин приехал к офису, открыл дверь своим ключом. Зашел в кабинет к Белькову. Под ногами захлюпало. Посмотрел вниз — кровь.

Тело Евгения Белькова лежало возле рабочего стола. Вместо головы кровавое месиво. Рядом валяется окровавленный топор. Самодельный металлический ящик, где хранились деньги, вскрыт.

Фото Марины Молдавской / It’s My City

— Ну, полиция, медики, — вспоминает Листраткин. — У Жени был корпоративный мобильник, это облегчило дело. Подняли звонки, видим — ему накануне набирал наш монтажник Вадик. А зачем набирал? И тут как раз появляется Вадим. Лицо белое. Я спрашиваю: «Ты чего пришел, выходной же?». Он говорит: «Да так, посмотреть...». Следователь глянул на все это, потом попросил меня пригласить Вадима на следующий день в офис, как бы по делу. Я сделал это. Монтажника уже ждала группа захвата. Через день он дал признательные показания: оказывается, подруга насела на него по поводу покупки квартиры, и он решил украсть деньги из сейфа компании. Позвонил Жене, чтобы тот открыл офис, а потом взял топор и ударил того по голове. Денег в сейфе, кстати, не оказалось. Взял ноутбук и ушел.

У Евгения Белькова остались беременная жена Юлия и годовалая дочь. Юлию сразу оформили в «Интерру», чтобы платить ей зарплату и таким образом помогать. Она до сих пор трудоустроена в компании.

Монтажника Вадима посадили. Из тюрьмы он писал Листраткину смс-ки о том, что выйдет и отомстит. Но, освободившись, уехал жить в Краснодарский край.

— Эта история все изменила, — говорит Листраткин. — Все полностью. Как там у Булгакова? «Человек смертен, но беда в том, что он внезапно смертен». А когда ты это все видишь вживую, когда пол в крови и в голове топор, ты начинаешь по-другому воспринимать смерть. И жизнь.

Фото Марины Молдавской / It’s My City

Когда интервью заканчивается, мы выходим на улицу и едем к Листраткину в гараж, где он восстанавливает отцовскую бежевую «Волгу». Машине почти сорок лет. На руле оплетка, в прозрачном набалдашнике рычага переключения передач застыла роза. По выходным в сухую погоду предприниматель выводит «Волгу» на улицы Первоуральска. 

Многие в городе считают его чудаком, а мне кажется — он просто любит жить.

Партнерский материал.