Как дизайнер уволилась из крупной IT-компании и занялась сбором старинных тканей для экопроектаВ Екатеринбурге за последние годы появилось немало экопроектов, которые транслируют идеи умеренного потребления и замены одноразовых вещей на те, которые будут служить дольше. Проект под названием «Музыка леса» отличается от них тем, что предлагает задуматься о том, как ткани хранят историю человека и человечества, и сместить фокус с погони за модой и распродажами на поиск смыслов. IMC поговорил с создательницей проекта Марией Кутняковой о коллекции старинных тканей, цианотипии и винтажных репликах, а также о том, как все это связано с экологией.
18+

«Через историю ткани можно осветить множество проблем»

Как дизайнер уволилась из крупной IT-компании и занялась сбором старинных тканей для экопроекта

Экология
12 Марта, 09:00, 2020 г.
Автор: Анастасия Норина
Фото: Ксения Холматова

В Екатеринбурге за последние годы появилось немало экопроектов, которые транслируют идеи умеренного потребления и замены одноразовых вещей на те, которые будут служить дольше. Проект под названием «Музыка леса» отличается от них тем, что предлагает задуматься о том, как ткани хранят историю человека и человечества, и сместить фокус с погони за модой и распродажами на поиск смыслов. IMC поговорил с создательницей проекта Марией Кутняковой о коллекции старинных тканей, цианотипии и винтажных репликах, а также о том, как все это связано с экологией.

«Мне важно, чтобы дело было экологичным»

— Ручным творчеством занимаюсь давно, коммерчески — лет шесть. Варила варенье, собирала травы, готовила сыроедные сладости. Потом надоело — если хочется этим зарабатывать, нужно все время проводить на кухне. Стала искать, чем бы еще заняться.

Мне важно, чтобы дело было экологичным, универсальным, чтобы изделия включали винтажные элементы, легко транспортировались в любую точку мира и несли в себе идею-послание. Так появился проект «Музыка леса». Начала я с подушек с полевыми травами и перкуссий-«шуршалок» — это музыкальные инструменты из веток и шариков для пинг-понга. Если их потрясти, получается звук, будто деревья шумят. Отсюда и название проекта. Сейчас я создаю вещи из винтажных тканей и занимаюсь цианотипией (старинный бессеребряный способ фотопечати, дающий при изображение голубого оттенка, — прим. ред.). Думаю разделить эти увлечения. Цианотипия хоть и пересекается с тканями — можно печатать и на них — но это совершенно другая история. Каждый отпечаток — рассказ о природе, времени и месте. Для меня это своего рода дневник.

Перкуссии-«шуршалки», с которых начался проект «Музыка леса»

Конкуренция в рукоделии очень высокая. В мире много людей, которые делают классные штуки. Такие вещи — не первой необходимости, они для души. Чтобы найти свою аудиторию, нужно вложить много сил. 

Раньше я работала дизайнером в «СКБ Контур», полгода назад уволилась. Думаю, любая работа не совместима с запуском проекта. Три года я все свободное время шила «в стол», не занималась продвижением. В итоге у меня очень много вещей и никто об этом не знает. Хочется, чтобы «Музыка леса» стала основным источником дохода. Поначалу это сложно, но потом принесет больше удовлетворения, чем работа по найму. Когда вижу человека с моим изделием, я радуюсь, что вещь нашла своего владельца и приносит ему пользу.

В винтажных вещах «зашит» культурный код

— Полгода я шила в основном повязки на голову и сумки, сейчас начинаю создавать реплики винтажных платьев — их точные копии (для этого Мария Кутнякова использует старинные ткани из своей коллекции в 120 отрезков — прим.ред). В винтажных вещах «зашит» культурный код, который не хочется искажать переделками, поэтому мне нравится оставлять неизменной выкройку. Я просто повторяю изделие из разных тканей, чтобы донести хорошую идею большому количеству людей. Скоро, например, вместе с секонд-стором «Шурум-Бурум» будем копировать модное турецкое платье начала 90-х. 

Не то чтобы я люблю много шить. Больше нравится выбирать ткани, находить универсальные модели, которые подойдут людям разной комплекции. Процесс создания вещи обычно спонтанный. Я могу увидеть или узнать что-нибудь интересное, и в голове рождается сочетание.

Реплики винтажного платья (сверху слева) и сумки, выполненные в технике цианотипии

Например, серия сумок «Миру — Мир!». Сумки двусторонние, сделаны из двух тканей. С одной стороны — интерьерный хлопок производства США–Канада, произведен, скорее всего, в начале 1980-х по заказу дорогого салона с Пятой авеню. С другой стороны — алый кумач того же времени, из него делали советские флаги и знамена. И они идеально сочетаются! Такие ткани — сами по себе артефакты, а вместе они приобретают яркий смысл. Так, сумка превращается в историю про дружный союз противоположностей. Еще и по классической японской выкройке.

Ткани собираю уже несколько лет. Мне нравится истории, которые они рассказывают. Часть тканей покупаю, часть дарят знакомые и родные, многое нахожу на барахолках.

«В России с тканями интересная ситуация»

— Раньше одежду шили сами, ткань обычно покупали впрок и клали в шкаф. Потом готовая одежда появилась в продаже, а ткани в шкафу так и лежат. Сейчас люди их достают и ищут, куда бы пристроить. Так что большинство собранных у меня материалов не использовались, а терпеливо ждали своего часа. 

В коллекции Марии Кутняковой около 120 отрезков тканей, включая домотканные полотна и ткани XVIII века

В мою коллекцию вложено много сил и денег. В Санкт-Петербурге есть магазин «Цитерия». Небольшое помещение, полностью заставленное стопками ткани. Я как-то пришла, думала, возьму пару отрезов. В итоге потратила все, что было на карте, — около 12 тысяч рублей. Нашла там удивительный лен в тонкую клетку с цветочным орнаментом, который накануне, как рассказала продавец, хотела приобрести одна японка — она скупила тканей на 60 тысяч, и именно на этот материал ей уже не хватило. Так что это обычная история — все за классную ткань.  

Про каждый материал в коллекции есть, что рассказать. Например, есть несколько тканей, посвященных московской Олимпиаде 1980 года, есть индийский хлопок 60-х. Самая раритетная — конопляная домоткань. В основном, сделанная в 1950-х, но есть и 19 века. Она полностью создавалась вручную, представляете какая там энергетика?

Раритет — конопляная домоткань

— Конопля спасет мир, как бы странно это ни звучало. Надо понимать, что наркотическая конопля — это особые сорта, их нельзя просто взять и вырастить. Это небольшие южные растения, им нужны специальные условия. Обычная конопля, ее называют технической, может вырасти до 3–4 метров высотой. Из нее делают бумагу, техническое масло, топливо и как раз-таки ткань.

Дизайнер считает, что нужно вернуться к производству экологичных конопляных тканей

Россия (Российская империя и СССР - прим.ред.) была одним из мировых лидеров по производству конопляной ткани и пеньки (жесткое волокно из конопляной массы — прим.ред.). Затем коноплю запретили, якобы из-за наркотических свойств (В 1931 году в 29 штатах Америки ввели закон, ограничивающий распространение семейство коноплевых, а в 1970 году власти США разместили в законе поправки о запрете конопли, которая к тому времени получила название «марихуана». Запрет на препараты из конопли появился в уголовном кодексе РСФСР с 1960 года, — прим.ред.). На деле некоторым магнатам было выгоднее делать бумагу из дерева, растение стало жертвой политических интриг (существует версия о заговоре между компанией производителей отбеливателей бумаги DuPont и  газетным магнатом Вильямом Херстом, которым была выгодна замена производимой конопляной бумаги менее популярной бумагой из древесины, — прим.ред.). Хотя у технической конопли огромные преимущества. Бумагу из нее не надо отбеливать, а конопляная ткань — очень прочная и служит не одно десятилетие. В отличие от деревьев, конопля вырастает и дает сырье каждый год. 

Возрождение коноплеводства, как мне кажется, значительно изменит экологическую ситуацию на планете. Сейчас упоминание конопли привычно вызывает иронию. А потом вы видите эту волшебную ткань и меняете мнение.

Перепроизводство и неравенство: какие проблемы скрывают ткани

— Тема экологии меня интересует давно. Мне как дизайнеру интересно менять отношения через объекты, доносить идеи, способные изменить настоящее и будущее. Через историю ткани можно осветить множество проблем. 

Мария Кутнякова считает, что история создания и хранения разных тканей освещает важные проблемы

Во-первых, принуждение. Производство хлопка связано с тяжелым низкооплачиваемым трудом. Например, когда-то Великобритания заставляла жителей Индии производить хлопок, который обменивали в Южной Африке на рабов. Невольников свозили на хлопковые плантации в Америку. Выращенный ими хлопок транспортировали обратно в Великобританию, где английские ткачи делали ткань для европейского рынка. Этот давний круговорот создал острые ситуации, которые сейчас приходится решать. Для Российской Империи хлопок выращивали в Средней Азии. Вполне естественно, что в нашей стране много выходцев оттуда, ведь наши культуры давно и тесно связаны. 

Во-вторых, природные ресурсы. Хлопок — культура, которая требует много воды и загрязняющих удобрений. И это монокультура, когда одним растением засеивается огромное поле. На таком поле нет экосистемы, почва быстро истощается, плодородный слой выветривается и поле превращается в пустыню. Синтетические ткани — тоже не решение, их невозможно переработать, особенно смешанные составы, вроде хлопка с полиэстером. 

В-третьих, перепроизводство. Когда мы покупаем вещи в магазинах, особенно на распродажах, мы не думаем об их реальной ценности и о количестве труда и ресурсов, затраченных на их изготовление. На создание лишь одной футболки уходит несколько сотен литров дефицитной пресной воды. Это не вкладывается в цену продукта. Люди привыкают, что одежду можно купить дешево. На деле, покупая дешевую новую вещь, мы берем в долг у природы. Что самое обидное, такая одежда не ценится — ее можно поносить пару дней, выкинуть и пойти за следующей.

Стоит с уважением относиться к материалам

— Постоянной смене гардероба способствует мода. Производителям выгодно заставить людей как можно чаще покупать одежду. Для этого и вещи делают низкого качества, с маленьким сроком службы. Для противодействия этому процессу нужно поддерживать устойчивое производство, возвращаться к медленной моде и качественным вещам.

Я обычно пользуюсь секондами (имеются ввиду секонд-хенды, где можно приобрести поношенную вещь, — прим.ред.), не только покупаю, но и отдаю одежду, когда ее становится много. Некоторые люди с предубеждением относятся к вещам, которые принадлежали другому человеку. Я их понимаю, сама ношу секонд-хенд одежду и ощущаю ее энергию. Если чувствую, что мне в чем-то неуютно, избавляюсь от вещи.

В мастерской дизайнера редкая ткань хранится не только на полках, но встречается в декоре интерьера

Любителям закупаться на распродажах советую проследить логическую цепочку. Почему ты хочешь покупать вещи? Потому что нечего надеть. Почему нечего? Обычно потому, что вещи низкого качества, плохо сидят, не сочетаются друг с другом, нет классических базовых моделей. Стоит начать с пересмотра гардероба. Отличный способ по Мари Кондо (специалист по наведению порядка в доме из Японии, автор книги «Магическая уборка. Японское искусство наведения порядка дома и в жизни» — прим.ред.) — собрать в одной куче абсолютно всю свою одежду. Когда вещи разложены по ящикам, не так заметно, что их много. А когда перед тобой оказывается большая гора, будет проще избавиться от половины и понять, чего не хватает.

Думаю, не нужно сразу радикально все менять. Но стоит начать с уважением относиться к материалам, которые уже были созданы. 

It’s My City работает в интересах городского сообщества. Если вам важно наличие такого медиа, поддержите нас донатом.