Как уральцы топили за свой край. Репортаж IMC с фестиваля «Ура! Урал!»Вчера прошел первый фестиваль всех неравнодушных к нашему региону — «Ура! Урал!». Проект «Made in Ural» собрал в одном месте все, чем могут гордиться уральцы: музыку, фильмы, истории, легенды, местную еду, и, главное, — людей. Здесь играли уральский рок, разрисовывали уральские горы, обсуждали храм в сквере, смотрели кино, ели уральские пельмени, критиковали власть на диване и читали уральский рэп. Корреспондент IMC прогулялась по Историческому скверу, пообщалась с местными жителями и проверила, насколько здесь «топили» за Урал.
18+

«Будто тусовка со сквера переместилась сюда»

Как уральцы топили за свой край. Репортаж IMC с фестиваля «Ура! Урал!»

8 Сентября, 11:56
Автор: Анна Шевченко
Фото: Марина Молдавская

Вчера прошел первый фестиваль всех неравнодушных к нашему региону — «Ура! Урал!». Проект «Made in Ural» собрал в одном месте все, чем могут гордиться уральцы: музыку, фильмы, истории, легенды, местную еду, и, главное, — людей. Здесь играли уральский рок, разрисовывали уральские горы, обсуждали храм в сквере, смотрели кино, ели уральские пельмени, критиковали власть на диване и читали уральский рэп. Корреспондент IMC прогулялась по Историческому скверу, пообщалась с местными жителями и проверила, насколько здесь «топили» за Урал.

Топим за вкус

К Уральскому центру развития дизайна меня приводит аппетитный запах посикунчиков — сочных уральских пирожков. Гостей встречает фуд-корт: ребята в стиле хиппи уже завтракают — аутентичная пельменная «Уральский замес» готова к насыщенному дню. Рядом стоит огромная очередь родителей с детьми — за Талицкими молочными коктейлями. Дети держат в руках маленьких летучих мышей и медведей из глины — сами сделали в детской зоне «Школы комариков». Отсюда маленькие уральцы бегут покорять имитированные горы и пещеры, а родители — в желтые кресла-гамаки на газоне. Ловят лучи удивительно солнечного осеннего дня.

Топим за суровый характер и гномов

Иду через лавки с символикой нашего города. Рассматриваю стикеры и путеводители по районам от Музея истории Екатеринбурга. Мужчина рядом сурово спрашивает: «Че, Кольцово есть?». Протягивают стикеры. «А путеводитель?». Протягивают путеводитель. Становится интересно, откуда такая любовь к району. Спрашиваю:

— Почему именно Кольцово?

— Че за допрос? Лучший район потому что, вот почему. Сам экскурсии могу водить.

И так же сурово уходит. Но со стикерами и путеводителем.

Мой взгляд останавливается на «Словаре Урала» от магазина «Ель». Словарь с пометкой 18+. «Зырю» (перевод из словаря: «смотрю, любуюсь, оцениваю, щупаю взглядом») и запоминаю еще несколько словечек, которые могут пригодиться сегодня на чисто уральском фестивале.

На входе в здание Уральского центра развития дизайна встречаюсь с Владиславом Деревянных — автором и идеологом проекта «Made in Ural». Организатор пять лет назад увлекся темой, связанной с культивированием Урала и создал проект «Made in Ural».

В течение этих пяти лет он развивал проект и заводил различные связи с фотографами, экскурсоводами, искусствоведами, дизайнерами, журналистами и другими людьми, которые тоже «топят за Урал». И проект стал объединять всех неравнодушных людей в одно целое.

Владислав ДеревянныхВладислав Деревянных

— Здесь нет случайных людей. Все спикеры мне дороги, иначе они бы не попали сюда. Мы давно в формате бреда планировали позвать Козырева, Савичева, Вавилова. Мечтали. И тут поняли, что мечты начинают воплощаться, и мы не можем включить заднюю. Мы — та самая компашка единомышленников, которым интересен город! И мы топим за Урал! — рассказывает Деревянных.

Если говорить об уральской аутентичности, Владислав сравнивает местных с гномами из «Хоббита».

— Мы ничем не отличаемся от москвичей или сибиряков: у нас есть руки, ноги, голова. Но я бы иронично провел параллель с фильмом «Хоббит». Там есть орки, гоблины, эльфы. Мы — гномы. Смелые, сильные, туповатые, которым ничего не надо, и мы идем в свою гору, чтобы работать. Нам нужна своя гора, и, если у нас эту гору забрать, мы перестанем чувствовать землю под ногами. Все, что сделано у нас на Урале, — максимально качественно, жестко и сурово: автомобили «Урал», мотоциклы «Урал», танки «Урал», пылесос «Урал» и даже гитара «Урал», — заключает организатор фестиваля.

Топим за сквер и Зеленую рощу

Внутри  Уральского центра развития дизайна сосредоточена вся интеллектуальная часть — лекции, просмотры и обсуждение уральского кино, круглые столы и дискуссии. С порога слышу: «Храм на Драме мне не нужен, я за храмы там, где они нужны — я за баланс». Неужели снова? Так свою лекцию о строительстве храмов завершает активист Надежда Бурлакова. О «скверной» истории ее спросили слушатели. Успеваю послушать рассказ о Нижней Синячихе и ее знаменитом музее-заповеднике под открытым небом, куда приезжают люди со всего мира. После лекции около Надежды собирается группа людей, желающих узнать больше о поездке в этот музей деревянного зодчества. 

Верно, тема храма еще долго не оставит нас, потому что следующий спикер тоже не обходит ее. Владелец Талицкого молочного завода и создатель фонда «Город может» Юрий Окунев своим сыновьям, которые защищали сквер, говорил: «Вы не в сквер должны идти, а к депутатам». 

— Мы не знаем депутатов, не ходим к ним, не формулируем задачи для них. Нужно всего лишь немного надавить на власть. Если мы будем чуть более активными, мы сможем поменять весь строй! — открыто заявляет бизнесмен.

Рядом со мной женщина пытается успокоить свою любвеобильную чихуахуа: «Да дай ты мне послушать, Айя! Интересно же!».

После лекции я поднимаюсь на второй этаж и попадаю на фотовыставку. Открываю для себя новый Карабаш: уральские фотографы Андрей Заколодяжный, Александр Журавлев, Вячеслав Львов и Ярослав Мишин влюбляют даже в самый грязный город планеты. На пейзаже последнего запечатлены какие-то космические березы. 

Встречаю здесь фотографа и блогера Александра Осипова, который также вспоминает истории, связанные со сквером.

— Мы в Киргизии после двух недель тяжелой поездки увидели березу и кинулись её обнимать с криками «за сквер». Сквер — это же тоже чисто наше уральское теперь. Мы гордимся тем, где мы живём, — делится Осипов.

На втором этаже в зоне «диванных критиков» снова встречаю даму с собачкой. Здесь стоит пара диванов от и должен сидеть модератор. Но он вышел, поэтому на диване сидят Татьяна с собачкой и молодой человек Иван. Они не знакомы друг с другом, просто заговорили о проблемах города. 

— Это был лучший парк города, мы с Айей каждый день гуляли там, а теперь что? Теперь его закрывают и вырубают деревья, которым больше ста лет! — Татьяна рассказывает, насколько ее возмутила ситуация с парком Зеленая роща. 

— Администрация вас спрашивает: есть проблема, но что с ней можно сделать? Очень мало тех, кто может указать реальные пути решения, — рассказывает в ответ Иван про открытые круглые столы с администрацией и горожанами, на которые он сам периодически ходит. — Горожане под вашим руководством могли бы выйти и сказать: у нас экологическое видение Зеленой рощи, например, как кейса «Меги». Нам нравится экостиль: он не нарушает вид города.

Иван предлагает строить контакт с администрацией. 

— Я себя считала щепкой в океане, но пришла сюда и поняла, что мой голос может кто-то услышать. Мы собраться и выйти с собачниками и с мамочками с колясками! — восклицает Татьяна.

— Блогеры вам в помощь, — по-доброму заключает Иван.

В этот момент приходит координатор площадки «диванных критиков» Павел и предлагает обсудить, насколько правильно рекламировать Екатеринбург символикой «город бесов». Мы тут сами «законтачили» (Словарь Урала, перевод: подружились, стали приятелями) и даже решение реальной проблемы с Зеленой рощей нашли — нам не до символики, «дядя».

Топим за уральский рок и рэп

Рядом находится кинозал, но в него сейчас просто не зайти: он битком набит людьми — все пришли на эксклюзивный показ фильма «Про Рок». Культовый фильм про поколение 30-летних собрал аншлаг. 

А внизу в это время о роке рассказывает еще один хедлайнер фестиваля — создатель «Нашего радио» Михаил Козырев. «Тот самый хороший дядя, который ставил музыку на радио „Максимум“», — так один из слушателей обращается к спикеру. Наш земляк Михаил Козырев рассказывает, что, благодаря его прочной связи с Екатеринбургом, уральские группы активно включались в плейлисты радиостанций Москвы.

Выхожу на улицу и слышу «четкие» речитативы. «Это тебе тут не „Король и шут“! Парни с Урала глаголами жгут», — читают со сцены ветераны уральской рэп-сцены Ek-Playaz. Наум Блик и Александр T-Bass топят за Урал каждой песней под олдскульные сеты DJ Wide.

Топим за Урал

Недалеко от сцены художник Рома Бантик расписывает фронтальную часть бумажных уральских гор, а с другой стороны творят сами гости фестиваля: «Счастье тут», пишут ребята из Перми. Здесь же читаю «привет из Че» — челябинцы тоже не отстают. Со смеющимися местными девчонками, которые рассматривают надписи, пытаются познакомиться ханты-мансийские парни. «Ну хотя бы номер дайте! Суровые уральские девчонки номеров не дают? Пожалуйста, я с другом на 100 рублей поспорил», — доносится до меня. Девчонки улыбаются. Молодежь лежит на траве. Будто на один день лето вернулось в город. Мимо них в магазинной тележке проезжает девчонка, одетая в стиле хиппи, с повязкой на голове и в handmade-штанах с принтом «уральцы». 

Пока что Владислав Деревянных не знает, будет ли фестиваль «Ура! Урал!» ежегодным, возьмется ли он еще раз, но настроен и дальше топить за свой край.

— Для меня это по-прежнему личное хобби: я не ивент-менеджер — я просто дизайнер, который погрузился в неестественную среду. Но, пока мне интересен проект, он будет жить! — обещает Деревянных.

Проходящая мимо девушка говорит другу: «Будто тусовка со сквера переместилась сюда». В этом что-то есть.

Закатное небо. «Дело идет к осени», — завершает этот день Саша Гагарин с группой Сансара. «Дело идет к осени», — поет толпа уральцев. В сквере на Драме топили за Урал, как никогда прежде. В Историческом сквере сегодня чувствуется меланхоличная осень, и все равно все мы здесь и до сих пор продолжаем стоять за место, в котором живем.

Реклама

Реклама