Каким будет новый экспериментальный театр «Место», и почему он нужен ЕкатеринбургуНа этой неделе в Екатеринбурге начнет работу экспериментальный кочевой театр «Место». История у проекта получается непростая – выиграв грант Фонда Михаила Прохорова, театр уверенно шел к открытию, но внезапно лишился финансирования из-за проблем «Уралтрансбанка». Несмотря на обстоятельства, две премьеры – спектакль и перформанс – состоятся. It’s My City поговорил с идейным вдохновителем и автором проекта Ольгой Комлевой о том, что из себя представляет новый театр, почему режиссер там не основа всего, каким образом «Место» будет жить без собственной площадки, и как проект можно поддержать. 
18+

«Мы хотим заполнить вакуум»

Каким будет новый экспериментальный театр «Место», и почему он нужен Екатеринбургу

30 Октября, 14:46
Автор: Вячеслав Солдатов

На этой неделе в Екатеринбурге начнет работу экспериментальный кочевой театр «Место». История у проекта получается непростая – выиграв грант Фонда Михаила Прохорова, театр уверенно шел к открытию, но внезапно лишился финансирования из-за проблем «Уралтрансбанка». Несмотря на обстоятельства, две премьеры – спектакль и перформанс – состоятся. It’s My City поговорил с идейным вдохновителем и автором проекта Ольгой Комлевой о том, что из себя представляет новый театр, почему режиссер там не основа всего, каким образом «Место» будет жить без собственной площадки, и как проект можно поддержать. 

Как к тебе пришла идея сделать экспериментальный театр, с чего все началось?

– Идея возникла очень давно, когда я только начала заниматься театром и перформативными практиками. Всегда хотелось абсолютно самостоятельно сделать проект «от и до», попробовать рискнуть сделать такое. Я восемь лет работаю в Уральском ГЦСИ и мне было интересно сравнить: все-таки там ты делаешь работу под крылом институции, а здесь отправляешься в самостоятельное плавание. Это больше дает в плане реализации идей, и люди, работающие с тобой, понимают, что это твоя личная инициатива. Они больше вовлечены в процесс, это отличается от каких-то договорных отношений.

С одной стороны, это стихийная и анархическая история. С другой стороны, нас поддержали в Фонде Михаила Прохорова и в Союзе театральных деятелей. Благодаря их грантам мы можем осуществить премьерную постановку, а дальше пойдет борьба за зрителя. Я понимаю, что специфика наших постановок рассчитана на небольшую аудиторию, но хочется привлечь к этому как можно больше людей.    

Сейчас у многих театральных компаний в городе нет площадок, у них меньше возможностей показать себя. Вообще в Екатеринбурге почти нет независимых проектов, работающих в синтезе с современным искусством. И мы хотим заполнить этот вакуум.

Фрагмент перформанса «Камон, Лотреамон!» / Ольга Комлева

Фрагмент перформанса «Камон, Лотреамон!» / Ольга Комлева

На чем вы сосредоточитесь в своих проектах?

 –Мы нацелены на эксперимент: и в плане формата, и в плане контента. Даже наша команда будет меняться от проекта к проекту, и мы будем создавать исключительно оригинальные вещи: к каждому спектаклю пишется оригинальная музыка, создается свой видеоряд. Мы не просто берем музыку из YouTube и треки из ВКонтакте. У нас другой уровень работы: мы все здесь напитываем друг друга идеями и совместно создаем уникальный контент. Театр «Место» создан из желания объединить людей и их энергию. Не место создает человека, а человек – место. И это будет основа нашего театра: мы можем менять локации, но там, где мы – там что-то происходит.

Как создать театр из идеи, какие этапы тебе пришлось пройти для этого?

– Зная специфику грантовых программ, я понимала, что грант дают только под конкретный проект. Для этого нужно разработать концепцию, набрать команду, С весны прошлого года я начала работать над спектаклем «Камон, Лотреамон!». Отправной точкой послужил текст «Песен Мальдорора» – специфический, порой страшный, пугающий, но очень свободолюбивый. Мы с моим коллегой Вовой Селезневым давно хотели воплотить этот текст, чтобы Вова визуализировал творчество Лотреамона.

Другие участники и создатели спектакля тоже неслучайны. Например, танцовщик Кирилл Зайцев настолько драйвовый, сексуальный и очень подходящий текстам Лотреамона. Мы столкнулись с тем, что многих тексты пугают своей тематикой – там масса человеконенавистнических, богоненавистнических моментов, что многие отказывались за него браться. И в процессе работы мы поняли, что не все готовы с этим работать.

Другая особенность состоит в том, что у нас нет фигуры режиссера как главного создателя. Мы все обсуждаем, все участвуем, предлагаем что-то.  И сейчас у нас сложилась dream team. Кирилл – телесное воплощение текста. Катя Соколова, актриса драмтеатра – голос этого текста. Коля Бабак, известный как DJ BIGMAMMA, написал десять потрясающих треков, от которых просто «сносит крышу».

Фрагмент перформанса «Камон, Лотреамон!» / Ольга Комлева

Фрагмент перформанса «Камон, Лотреамон!» / Ольга Комлева

Про «Камон, Лотреамон!» ты рассказала. А что вы покажете на своей второй постановке «Лысая певица» и почему выбрали именно ее?

– Я люблю театр абсурда еще со времен студенчества. А режиссер Александр Вахов давно хотел поставить пьесу Ионеско, и потом обнаружилось, что в 1981 философы из Свердловска Татьяна Круглова и Сергей Вершинин перевели «Лысую певицу». Это очень классная история, связанная с местом и с поколениями. Поэтому решили делать ее.

«Лысая певица» будет вызовом: и для актеров «Коляда–театра» Ильи Белова, Кости Итунина, Сергея Федорова; и для тех, кто обычно не участвует в театральных постановках, например, Димы Безуглова. Там вообще очень много молодых участников – Саша Заец впервые снимала видео для театра. Музыку для постановки написал Сергей Лоншаков из группы INABLVCKDOG, проекта, у которого большое будущее и контракт с европейским лейблом.

Постановка «Лысая певица» / Сергей Потеряев

Постановка «Лысая певица» / Сергей Потеряев

Когда ты обдумывала идею театра «Место», у тебя были перед глазами примеры подобного рода проектов в России и в мире?

– У меня очень много любимых режиссеров, музыкантов, писателей, на творчество которых я опиралась. Среди режиссеров это, конечно, Ромео Кастеллуччи, Хайнер Гёбельс, Антонен Арто и его «театр жестокости». В литературе я люблю произведения Юкио Мисимы, Германа Гессе. Мне нравится все, что исследует человека в пограничных проявлениях. Имен много – и это важно, потому что перед репетициями мы много обсуждаем увиденное, услышанное и прочитанное. Важно было, чтобы наши взгляды в эстетическом плане совпадали.

Что касается частных инициатив, то для меня лучшим примером будет театр Post из Петербурга с Дмитрием Волкостреловым. Это чуть ли единственный режиссер на постсоветском пространстве, который активно внедряет на российскую сцену эстетику постдраматического театра. И включает аудиторию галерей современного искусства, более отзывчивую к экспериментам. Вообще, наши театры в 1960–80-е годы развивались в отрыве от западных новаций, когда театр существовал в симбиозе с практиками современного искусства: перформансами и прочим. У нас это пришло в театр в конце 1990-х и даже начале 2000-х. И то, что мы сегодня называем в российском театре новым, пришло на европейскую сцену уже несколько десятилетий назад из практик современного искусства.

Фрагмент перформанса «Камон, Лотреамон!» / Ольга Комлева

Фрагмент перформанса «Камон, Лотреамон!» / Ольга Комлева

Какие сложности в работе с такими экспериментальными форматами?

– Одна из главных сложностей случается тогда, когда участники сталкиваются с той степенью свободы, к которой они не привыкли. Люди боятся раскрепоститься и рискнуть, принимать ситуацию свободы. Когда ты приходишь в театр и говоришь: «У нас перформанс, и нет режиссера». И актеры не понимают, как это все делать. Возникает дискоммуникация, и это сложная работа – объяснять, говорить, договариваться. Прозвучит громко, но мы воспитываем новое поколение художников, которые готовые работать таким образом, а не только следовать указаниям.

Что опыт работы в культурных институциях дал тебе в проекте театра «Место»?

– Вообще, Уральский ГЦСИ дал мне осознание того, чем я хочу заниматься. Сейчас никого не удивишь тем, чем мы занимались в 2011 году: театральные, поэтические перформансы. Это подхватили, и сейчас многие постановщики занимаются site-specific проектами, перформансы идут на вполне традиционных площадках.

И конечно, закалка. На крупных проектах ты знаешь, что обратного пути нет – у тебя стальные нервы, и мелочи не отвлекут тебя от пути вперед. Вот у нас в подвале (прим.редактора – первой площадкой театра станет подвал пельменной «Замес», помещение фонда «Культурный транзит» на Пушкина, 12) потекла труба – меня это вообще не волнует. Значит, сделаем так, что в «Лысой певице» Дима Безуглов (на фото) у нас будет выходить из воды в ластах. Нет никаких препятствий, зато есть опыт, реакция.

Какие постановки вы планируете делать после первых двух спектаклей?

– У нас уже есть планы на будущий год, но сначала надо понять, как пройдут первые спектакли. Надо будет снова искать ресурсы – подавать на гранты. И смотреть, как к нам будут ходить зрители. Глобальные проекты – космическая опера. Для нее есть команда и материал. Камерные вещи – например, перформанс с Асей Соколовой из «Провинциальных танцев» и группой Анти-ЖКП. Хочется поработать с художником Сашей Беловым – сделать читки. Или осуществить кукольные постановки с ребятами из группы «Порез на собаке». Кроме этого, хочется привозить какие-то интересные проекты, которые не могут позволить себе большие площадки, например, то же театр Post или театр DEREVO Антона Адасинского.  Мне кажется, у таких проектов, как «Место», это получится лучше, чем у более забюрократизированных учреждений.

Ты несколько раз говорила о том, что судьба театра будет зависеть от того, как туда будут ходить люди. А как ты объяснишь в нескольких словах, что их ждет в театре «Место»?

– Самое главное – получить эмоции. Тут классная музыка – ты можешь закрыть глаза и кайфовать, а можешь следить за действом на сцене. Тем более, это очень личная история – «Камон, Лотреамон!» рассчитан на двадцать зрителей. Это действие, которое создано для тебя. Это личный опыт переживания, который даже меня на репетициях поражает каждый раз.

Премьера «Камон, Лотреамон!» состоится 1 ноября, билеты уже распроданы, но можно попасть на повтор перформанса 4, 13, 17 и 24 ноября. Первый спектакль «Лысая Певица» покажут 3 ноября, в зале еще есть свободные места. 

Команда театра продолжает принимать помощь будущих зрителей, если хотите поддержать проект, можно приобрести билеты или перевести средства на карту. Подробности здесь

Реклама

Реклама