Новый взгляд на любимую Екатеринбургом темуЛетняя повестка темы конструктивизма в Екатеринбурге, как и погода, аномально жаркая. У Главпочтамта началась реставрация фасадов, обновляют Клуб строителей (СИТИ-Центр), ожидается частичный ремонт и Дома промышленности. Для гостиницы «Исеть» готовят проект приспособления, передать в надежные руки готовятся и «Мадрид». В баке Белой башни в августе откроется кинотеатр, а уже следующим летом в ячейке типа F Дома Гинзбурга заработает небольшой музей (оба – победители грантового конкурса Благотворительного фонда Потанина). Информационный эффект от культурных инициатив «монетизируется» в конкретные проекты по сохранению авангардного наследия.
18+

Конструктивизм глазами урбаниста

Новый взгляд на любимую Екатеринбургом тему

17 Августа, 20:45, 2016 г.
Автор: Никита Сучков

Летняя повестка темы конструктивизма в Екатеринбурге, как и погода, аномально жаркая. У Главпочтамта началась реставрация фасадов, обновляют Клуб строителей (СИТИ-Центр), ожидается частичный ремонт и Дома промышленности. Для гостиницы «Исеть» готовят проект приспособления, передать в надежные руки готовятся и «Мадрид». В баке Белой башни в августе откроется кинотеатр, а уже следующим летом в ячейке типа F Дома Гинзбурга заработает небольшой музей (оба – победители грантового конкурса Благотворительного фонда Потанина). Информационный эффект от культурных инициатив «монетизируется» в конкретные проекты по сохранению авангардного наследия.

Последние годы конструктивизм напоминал архитектурного покойника: говорили либо об облике зданий, либо никак. В 2015 году вводится в обсуждение тема повседневности. Эпоха конструктивизма раскрывается на конкретных человеческих историях. И сразу стало интересно, сразу можно читать нескучные лекции и водить насыщенные историями экскурсии.

Но в случае с нашим городом конструктивизм важен не только как история или архитектура, но и как часть градостроительного скелета, на котором держится сегодняшний Екатеринбург. Заметим, что в других, соразмерных Екатеринбургу городах конструктивизма, по сравнению с нами, не так уж и много. Его мало у соседей – в Перми и Тюмени. В Казани, Самаре, Ростове-на-Дону, Нижнем Новгороде, Новосибирске, Улан-Удэ можно найти лишь точечные здания той эпохи в историческом центре, либо не самые большие кварталы на периферии. В Москве и Санкт-Петербурге он разбросан по городу, из-за чего теряется в городской ткани. Иваново, которое наряду с нами считается своеобразным заповедником конструктивизма, с 1990-х годов несет огромные потери снесенных памятников.

А в Екатеринбурге конструктивизм является заметным и вездесущим, занимая порой целые кварталы исторического центра. Благодаря системной работе экспертов попадает в списки культурного наследия и тем самым оберегается от сносов.

Почему его так много в городе? Ответ простой: следование идеям конструктивизма в советской архитектуре совпало со строительным бумом в уральской столице. Это как если бы барон Осман работал в Париже в 1920-е годы, то точно бы застроил город авангардными зданиями. В 1923 году Екатеринбург, который до этого считался уездным городом Пермской губернии, превратился в столицу Уральской области с границами от Северного ледовитого океана до Каспийского моря. Это была 1/10 часть территории Советского союза, по площади три Франции! Административному центру такого большого региона требовался более столичный вид, и большевики давали на это много денег. Именно в 1920–1930-е годы произошли колоссальные изменения, которые превратили уральскую глубинку в оплот цивилизации: проложен водопровод, появилась телефонная связь, запущены автобус и трамвай. По плану ГОЭЛРО здесь закладывалась основа второй угольно-металлургической базы страны – Урало-кузнецкого бассейна. Проект предусматривал строительство новых мощных металлургических и машиностроительных заводов, реконструкцию существующих.

В дореволюционном Екатеринбурге в качестве жилой единицы доминировала купеческая или крестьянская усадьба с внутренним двором и хозяйственными постройками. Доходных домов, как в Москве и Санкт-Петербурге, почти не было. И вдруг появляются многоквартирные жилые комплексы с детскими садами, домами культуры и поликлиниками, радикально изменив представление о градостроительстве.

В апреле 1928 года образовано Уральское объединение свободных архитекторов, взявшее за основу идеи, провозглашенные московскими зодчими ОСА. По архивам видно, что архитекторы обсуждали общие с москвичами проблемы, начиная от типизации жилищного строительства и заканчивая использованием стройматериалов. Можно сказать, что проектирование и строительство конструктивистских зданий на Урале с этого года входит в активную фазу. Масштабы застройки, к примеру, прослеживаются по цифрам стенограммы II Свердловской областной конференции архитекторов (19–21 февраля 1936 года), подводящей своеобразные итоги тому периоду: «На 1 января 27 года мы имели по области 2 780 000 кв. метров жилой площади, то на 1 января 1936 по переписи имеем 5 650 000 кв.м. В гор. Свердловске жилплощадь на 1.1.1927 – 670 000 кв.м, а на 1.1.1936 – 1 750 000». Получается, что за эти годы строительного бума в городе было построено в 1,5 раза больше квадратных метров жилья, чем сохранилось к этому периоду с предыдущих двух столетий.

Нанесем объекты культурного наследия Свердловской области на карту и посмотрим, как выглядит конструктивистская застройка на карте Екатеринбурга рядом с другими эпохами.Дореволюционная застройка Екатеринбурга (красный цвет) составляет короткие, точечные участки ряда центральных улиц (проспект Ленина, улица 8 Марта, Пролетарская, Пушкина, Горького, Розы Люксембург). Ее сохранность и концентрация, к сожалению, уступает другим российским историческим городам (Самара, Ярославль, Кострома, Томск). Линии фасадов прерывистые, застройка «рваная», со значительными отступами между зданиями. В ряде мест это означает, что объекты утрачены, и на их местах сейчас пустые места или здания других исторических периодов. Авангардная застройка (зеленый) в целом выглядит комплексно, многие объекты составляют отдельные кварталы. Сталинская застройка в центре (синий) незначительная и сконцентрирована, в основном, за пределами исторического ядра – по проспекту Ленина (за Транссибом), на улицах Свердлова, Челюскинцев, Машиностроителей, Косарева.

Более того, дореволюционные памятники архитектуры, бесспорно, любимые нами, все же проигрывают авангардному наследию в количестве, масштабе и наличии градостроительных доминант. Планировка уездного города, коим являлся дореволюционный Екатеринбург, предполагала частную застройку 1-2-3-этажными домами, а градостроительными доминантами являлись колокольни. К сожалению, в 1930 году три ключевых доминанты центральной части Екатеринбурга – Кафедральный, Екатерининский соборы, Максимилиановская церковь – снесены, что кардинально изменило облик города. В эпоху конструктивизма появилось несколько новых доминант:

– 11-этажный дом-башня Второго Дома советов, поставленный ровно на оси переулка Химиков, который выходит к Набережной Рабочей молодежи (до 1960-х годов это было самое высокое здание в СССР за пределами Москвы);

– 10-этажное общежитие для малосемейных жилого комбината НКВД (гостиница «Исеть»), выступающее особым образом на красной линии, тем самым выделялось на оси проспекта Ленина.

Эти высотные жилые объекты были одними из первых за пределами столиц. Другие конструктивистские здания также выше дореволюционной застройки Екатеринбурга. При этом подобная разница не так заметна в Москве и Санкт-Петербурге, где еще до революции появлялись высотные доходные дома.

Вместе с тем, когда говорят об авангардном наследии, часто вспоминают район Белый город израильского Тель-Авива как один из главных в мире и крупных заповедников авангардной архитектуры (Школа Баухаус), к которой относится и конструктивизм. Он внесен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО в 2003 году. Сравним его с Екатеринбургом. На карте зеленым цветом мы отметили ареалы конструктивистской застройки, включая и скверы, которые обустраивались одновременно с возведением зданий (например, у Медгородка и Облисполкома). Коричневым цветом отмечены фасады зданий 1920–1940-х годов, которые не стоят на государственной охране. Оранжевое пятно – контуры Белого города. При мысленном сложении ареалов конструктивистской застройки центра Екатеринбурга можно получить площадь территории, сопоставимую с Белым городом. При этом мы не брали в расчет Уралмаш, ВИЗ и Втузгородок.

Также мы видим компактность застройки. Расстояние между крайними (левой и правой) точками карты около трех километров, достаточно короткой прогулки в 30-40 минут для достижения цельного восприятия архитектуры конструктивизма. При этом на одной оси «запад-восток» разместились почти все известные конструктивистские комплексы, предназначавшиеся для работы и жилья людей из разных сфер профессиональной деятельности и в уральском обиходе получившие название «городки». Медгородок – для врачей, Городок юстиции – для судей и сотрудников уголовно-исполнительной системы, Городок чекистов – для сотрудников комиссариата внутренних дел, Дома Госпромурала и Уралоблсовнархоза – для инженеров и госслужащих ведомств, отвечавших за индустриализацию. Также за пределами карты упомянем Втузгородок – для студентов и профессорско-преподавательского состава Уральского Индустриального института (позже – УПИ, УГТУ, ныне – УрФУ), Городок милиции, Городок электростанции. Другим интересным видом жилья стали Дома горсовета № 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7 (каждый скрывающийся под отдельным номером Дом горсовета – это квартал с несколькими жилыми корпусами и учреждениями социально-бытового обслуживания). Не забудем про административные здания (Главпочтамт, Облисполком, Дом промышленности, Дом контор, Деловой дом, Дом печати) и учреждения культуры (Клуб строителей, Клуб Совторгслужащих «Профинтерн», Клуб имени Дзержинского). У многих из перечисленных зданий можно увидеть реализацию интересных социальных идей архитекторов.

Прежде всего, экология жилища. Конструктивисты закладывали высокий уровень инсоляции, который обеспечивала значительная площадь остекления окон. Огромные окна мы видим в операционных и палатах Медгородка. В Городке чекистов в квартирах устроены окна-фонари, чтобы свет в комнату поступал не с одной, а с трех сторон. В Жилом комплексе Уралоблсовнархоза принимаются ленточные окна, которые освещают всю плоскость комнаты. Заметим, что панорамное и широкое остекление и сегодня является конкурентным преимуществом в жилой недвижимости. Светлые квартиры кажутся просторнее, их чаще выбирают при покупке жилья. На крышах многих зданий (гостиница «Исеть», Второй дом советов, Клуб строителей) были устроены террасы для прогулок и загара. Также во многих жилых комплексах имелся фонтан.

Другим новшеством явились необычные планировки квартир. Наиболее экспериментальными стали первые корпуса Городка чекистов (гостиница «Исеть») с комнатами в форме трапеции и комплекса Уралоблсовнархоза с ячейками типа F. Многие из этих идей и сегодня используются в строительстве. Цилиндрическая форма зданий для панорамного обзора – весьма популярная форма современных офисных и жилых комплексов Екатеринбурга. В жилом доме на набережной Городского пруда, который в начале 2000-х годов строился для работников хлебокомбината, за основу планировки квартир взяты ячейки типа F: там один коридор на несколько этажей и лестницы внутри квартир. Идеи Гинзбурга, также осмысленные Ле Корбюзье, были популярны в Европе в период модернизма. Однажды я жил в одном из домов для социального жилья 1970-х годов с планировкой квартир, как у ячеек типа F, в голландском городе Леуварден.

Вместо отдельных кухонь во всех квартирах Городка чекистов был встроен шкаф-газовка, который открывался с двух сторон – в комнате и прихожей. Такое минималистичное решение кухни и ее фактическое совмещение с гостиной можно часто наблюдать в западной архитектуре, в модных квартирах-студиях.

Хорошо организованная система переходов и коридоров между помещениями разных функций создавала необходимую степень изоляции жильцов от внешней среды. Люди могли не выходить за пределы квартала, т.к. дом, работа, магазины и учреждения культсоцбыта находились внутри комплекса. Из жилого корпуса по переходам четных этажей можно попасть в административный блок Уралоблисполкома. Открытый переход на уровне последних этажей соединял первый, где находилась столовая, и второй, где располагалось детское учреждение (по проекту – детский сад, по воспоминаниям старожилов – дом пионеров), корпуса комплекса Уралоблсовнархоза. Длинная галерея на опорах вела из Клуба имени Дзержинского в общежитие для малосемейных (в проекте был и второй переход из общежития в корпус № 2, но его не построили). По тому же принципу сквозных переходов устроены первые два этажа современного элитного жилого комплекса «Тихвин» в Екатеринбурге с рестораном, спа, фитнес-центром, бутиками. Попасть в ряд заведений с улицы можно только через ресепшн.

Таким образом, концептуально, на идейном уровне идеи конструктивизма остаются востребованными, «свежими» до сих пор. Это новое, значимое явление в мировой архитектуре не только с позиций архитектуры, но и с точки зрения новых подходов в градостроительстве. Современным урбанистам не помешало бы узнать его получше для лучшего понимания устройства российских городов. А горожанам – начать ценить то, что в мире уже давно осознано как часть культурного наследия.

Фото: buro247.ru, znak.com

It’s My City работает в интересах городского сообщества. Если вам важно наличие такого медиа, поддержите нас донатом.